Мифы и легенды эскимосов

Акутак и Инуинак

Жили как-то несколько братьев и одна сестра, которую они очень любили и с которой очень не хотели расставаться. К северу от них стоял еще один дом, в котором жили Акутак и Инуинак.

Однажды, когда оба они вышли в море на каяках, Акутак сказал: «Давай-ка поедем навестим братьев, живущих вон там». Инуинак предположил, что у братьев их ожидает холодный прием, но все же они отправились. Никого из мужчин они дома не застали; женщины же не могли оказать им гостеприимство, поскольку мужья строго-настрого запретили им принимать во время своего отсутствия неженатых мужчин. Тем не менее гости вошли в дом и увидели там единственную сестру хозяев дома; она сидела на южной стороне лавки, где можно было увидеть и ее постель, очень красиво сложенную. Гостям предложили сесть в северном конце, но они предпочли устроиться возле незамужней сестры. После этого они сняли куртки, и оказалось, что у Акутака кожа белая и мягкая, как у белухи, а Инуинак без одежды черен, как ворон. Так они сидели недолго; но еще прежде, чем им предложили поесть, снаружи послышались крики – это возвращались мужчины с добычей. Женщины побежали вниз, чтобы помочь им втащить тюленьи туши; но не успели они вернуться в дом, как в проходе послышался голос и вошел мужчина; он сразу же проворчал недовольным тоном: «Ну конечно, у нас гости». Это был средний брат, а вскоре подошли и остальные. Акутак ответил: «В этом ты прав; хотя нам не слишком-то хотелось приезжать к вам». Средний брат приказал подать мяса; и после обильного пира начался оживленный разговор; но весь вечер они сидели на прежних местах и не сводили глаз с незамужней сестры. Наконец братья, нуждавшиеся в отдыхе, разошлись по своим местам на лавках и улеглись спать. Только средний из них решил не спать и караулить; он сбросил башмаки и откинулся назад, не переставая следить за чужаками. Через некоторое время он услышал, как Инуинак сказал громким голосом: «Девушка, постели-ка мне!» Сестра сразу же повиновалась, и он улегся рядом с ней. Братья сначала думали вмешаться, но потом отказались от этой мысли и больше не обращали на них внимания. Акутак, оставшись без компании, почувствовал себя одиноким; ни к кому конкретно не обращаясь, он воскликнул просто: «Постелите и мне постель!» Братья только посмотрели на него и сказали: «Ну что ты бушуешь; ложись сам». Он немного сконфузился и действительно лег спать; но утром, проснувшись, они обнаружили, что он исчез. В гневе они заколдовали сестру, рассчитывая обратить ее против нового мужа.

Рано утром братья отправились в море на каяках; их новый зять оставался в постели до рассвета, а затем тоже надел куртку и отправился на охоту. Вскоре объявили, что он возвращается с добычей на буксире. За короткое время он успел убить двух тюленей; его юная жена уже ждала его, чтобы ободрать и разделать туши. Закончив с этой работой, она бросилась мужу на шею и принялась бесконечно ласкать его – она не хотела оставить его в покое даже на мгновение. Когда настал вечер и ее братья тоже вернулись, он уже начал бояться ее; он удалился в другой конец комнаты и уселся за лампой, стараясь не подпускать ее к себе. Но она никак не хотела оставить его в покое; ухватившись за него одной рукой, она схватила в другую точило и откусила от него кусок, как если бы это была льдинка. При виде этого братья воскликнули: «Сестра наша совсем спятила; надо нам бежать отсюда». Они так и сделали, обрезав предварительно все ремни на своей лодке; при отплытии один из них сказал зятю: «Когда с людьми происходит такое, сделать ничего невозможно; тебе тоже лучше уехать с нами». Но тот ответил: «Я рискну остаться пока, хотя бы на одну ночь». Все уплыли, а он остался с женой один; но после этого всю ночь без передышки она преследовала его, а он убегал, едва успевая уйти от ее хватки.

На рассвете, однако, ему удалось вылететь из дома одним отчаянным рывком прямо с пола через проход; он кинулся вниз, схватил каяк и забрался в него. Он уже готов был оттолкнуться от берега, когда она вновь настигла его и попыталась ухватиться за нос каяка, но безуспешно. Поначалу она, казалось, собиралась преследовать его и на воде, но неожиданно передумала и повернула назад; несчастный муж посмотрел ей вслед и поспешил к маленькому островку у побережья, где, как он знал, обосновались ее братья. Средний брат вышел ему навстречу и спросил про сестру; получив ответ, он повторил прежние свои слова: «Когда с людьми происходит такое, сделать ничего невозможно; можно только держаться от них подальше».

Прошло десять дней, и однажды утром муж сказал: «Я должен поехать и проведать ее; может, она голодает». Остальные пытались отговорить его, но он настаивал. Добравшись до места, он вытащил каяк на берег только наполовину и направился к дому. Он так боялся жены, что не отважился войти сразу, а сперва заглянул в окно; она лежала на лавке в полном беспорядке, с растрепанными волосами. Он окликнул ее, и она очень вежливо и ласково ответила: «У меня все хорошо; входи же!» Он послушался и вошел; но стоило ему появиться в комнате, как она подскочила с лежанки и яростно накинулась на него – он отпрянул и едва успел выскочить из дома. Она бежала за ним до самого берега и опять попыталась ухватиться за нос его каяка; попытка не удалась, но он внезапно увидел, что она идет следом за ним по воде, будто по твердому льду. Обернувшись на голос, он увидел ее совсем рядом и воскликнул: «Ну зачем я поехал проведать это жуткое создание? Наверное, она собирается съесть меня!» Он начал раскачивать каяк, чтобы таким образом удержать ее на расстоянии. Ее голос зазвучал слабее, и, обернувшись, он увидел, что она едва не падает на волнах; но он каждый раз давал ей подняться и так в конце концов привел ее к братьям. Они увидели, как она подходит к островку, и закричали: «Зачем ты привел ее? Она убьет нас всех!» Пока они так кричали, а муж никак не мог решиться совершенно бросить ее, она вдруг увидела перед собой на воде мелкую рябь; приблизившись к ней, она неожиданно развернулась и ушла с воплями и причитаниями. После этого муж долгое время не ездил навещать ее; но однажды он сказал: «Я должен поехать и увидеть ее еще раз; она, наверное, умерла». Приехав, он обнаружил дом пустым, а после долгих поисков нашел и ее; она сидела в пещере, вся иссохшая и совершенно мертвая. Он похоронил ее останки, хорошенько укрыл могилу камнями и вернулся назад.

После этого они решили навсегда оставить прежний дом и устроились зимовать на внешнем из островков; вскоре море замерзло. Примерно в это время бедный мальчик-сирота, живший в доме Акутака, сказал своим соседям по дому: «Мне очень нужны башмаки; я, пожалуй, отправлюсь к братьям и предложу им в обмен на старые башмаки своего щенка». Как он сказал, так и сделал и отправился к дому, где прежде жили братья и сестра. Он добрался туда утром и очень удивился, увидев, что дом стоит без окон. Тем не менее он вошел и обнаружил, что там еще осталось немало всяческих припасов; но ни лодки, ни людей вокруг не было видно. Он вошел внутрь и увидел, что все шкуры, висевшие прежде на стенах, сорваны со стен и расстелены на полу. Мальчик не знал поблизости другого обитаемого дома и потому решил переночевать в этом; вечером он взял из запасов немного жира, заправил и разжег лампу. Потом он стянул свои драные башмаки и, подвесив их над лампой сушиться, уселся на южном конце лежанки. Его щенок сперва забежал вместе с ним в дом и принялся кататься по полу у ног мальчика. Но пока его башмаки сохли, щенок начал принюхиваться и выть; он выбежал наружу, и его лай постепенно смолк в отдалении. Через некоторое время он вернулся, лег у ног хозяина и внимательно посмотрел на него, а затем снова вскочил и с воем бросился наружу, но тут же вернулся. Сирота подумал: «Собаки все чувствуют, от них ничто не скрыто». Он быстро надел башмаки и поспешил выйти из дома; щенок выскочил за ним. Проходя по входному коридору, они вдруг увидели впереди призрак; он направлялся к ним и волок за собой свой саван. В этот момент мальчик находился в середине прохода; он как можно плотнее прижался к стене; пес сделал то же самое. Он уже ждал, что призрак вот-вот обнаружит его присутствие, но тот прошел мимо; в это же мгновение пес бесшумно метнулся к выходу; несчастный хозяин – за ним. Оба поспешили вниз, на морской лед; но не успели убежать далеко, когда дух выплыл из дома и пустился за ними в погоню. Однако он не сумел завладеть ими; недалеко от берега беглец должен был миновать большой айсберг; заметив в его боку пещеру, он быстро вошел и там дождался наступления дня.

На рассвете он выбрался из пещеры, но не знал, куда направиться. Сперва он собирался вернуться домой, но неожиданно заметил на одном из внешних островков множество людей и сразу же повернул к ним. Увидев его, они явно заволновались – подумали, что это может оказаться сумасшедшая. Только совсем близко узнали они бедного сироту и сразу принялись расспрашивать – не ночевал ли он в доме и не заметил ли там чего-нибудь необычного. Он ответил: «Нет; ничего особенного»; и при этом солгал, так как на самом деле едва избежал встречи с привидением, которое собиралось сожрать его. Когда его спросили, зачем он вообще туда забрался, он ответил: «Я хотел сменять своего щенка на пару башмаков». Тогда средний брат сказал: «Ну, для своего возраста ты храбрый парень» – и с этими словами дал ему две пары башмаков и не стал забирать щенка. Собравшись уезжать домой, мальчик попросил в подарок нож с красивой рукояткой. Братья – каждый из них – надарили ему множество всевозможных небольших подарков. Но дома он сменял все эти вещи на собственный каяк.

Великая энциклопедия мифов и легенд