Мифы и легенды эскимосов

Силач с Уманака

На острове Уманак в заливе Изорток (в Южной Гренландии) жил, вместе с множеством других людей, один силач. Он повсюду славился своей необычайной силой, а кроме того, считался первоклассным охотником и искусным ангакоком. Он был не только главным кормильцем семьи, но и ангакоком всего стойбища. Вызывая духов, он обыкновенно сажал своего маленького сына на колено, чтобы учить его своему искусству. В осеннее время обычным людям в селении не везло с охотой у берега; но после зимнего солнцестояния ангакок имел обыкновение выходить в море в полном одиночестве и плавать вокруг. Добыв двух крупных тюленей, он, как правило, клал туши сверху на каяк – одну впереди, другую сзади, вместо того чтобы тянуть их за собой на буксире, – и надежно привязывал гарпунным линем. Солнце в своем путешествии по кругу не успевало еще перейти на запад, а он уже подплывал к берегу со своей добычей; после этого он, не теряя времени, приказывал женщинам приготовить грудинку. Когда еда была готова, мужчины садились за трапезу, и обычно ангакок начинал разговор словами: «Опять меня захватила снежная буря с севера». Это казалось очень странным, ведь на берегу погода стояла ясная и тихая, а далеко в море виднелась лишь крошечная туманная полоска. Будучи сам человеком редких достоинств, он и сына своего, естественно, хотел воспитать по таким же стандартам и тщательно тренировал во всем.

Когда сын вырос и стал взрослым, он тоже начал в любую погоду уходить на каяке далеко в море и возвращаться домой с крупными тюленями. С этого времени отец перестал беспокоиться о нем и иногда даже оставался дома, хотя был крепок здоровьем. Однажды в середине лета, когда стояли длинные дни, сын вышел в море один, а вечером отец напрасно дожидался его возвращения. На следующее утро с рассветом он пустился на поиски. Он был уже так далеко от берега, что южные острова казались туманной дымкой на горизонте, и вдруг услышал, как какой-то голос произнес: «Ээк!» Услышав этот странный голос – а он быстро понял, что он не принадлежит человеку, – он поспешно поплыл на юг, держа курс на солнце. Вскоре он услышал, как тот же голос прокричал: «Где?» – и остановился. Еще немного, и он заметил невдалеке громадный каяк; он подплыл ближе и обнаружил, что это каяриак (сказочный каякер). У великана каякера весло было всего с одной лопастью, и он энергично переносил его с одной стороны каяка на другую. Ангакок подплыл к нему сзади и обнаружил подвешенную с этой стороны руку сына. При виде этого зрелища он впал в такую ярость, что тут же метнул гарпун и убил великана каякера. После этого он вытащил гарпун, наконечник которого был длиной с полруки, и поплыл дальше, пока не услышал снова тот же странный оклик. Он ответил и поплыл дальше и вскоре встретил еще одного каякера; на корме его каяка висела вторая рука его сына. Он убил и его тоже, а затем уплыл так далеко в море, что самые высокие горы его земли почти пропали из вида. Там он снова услышал низкий грубый голос – принадлежал он еще одному великану каякеру, отцу первых двоих, уже убитых им. Погода стояла спокойная, с юго-запада накатывали крупные волны, поэтому он убрал свое весло в каяк, закрепил его накрепко ремнем и поплыл дальше, управляя только руками. Подплыв таким образом к великану, он обнаружил, что позади него на каяке лежит тело сына. Он не стал бросать в него гарпун; вместо этого он подплыл прямо к нему и зацепился веслом за крепежный ремень великана, удерживая таким образом свой каяк рядом с ним. Тот был несколько удивлен таким поведением; слышно было, как он воскликнул: «Где же те, кого я ищу?»; ангакок догадался, о ком идет речь. Они повернули к берегу и вскоре встретили один из каяков, плавающий кверху дном. Тогда ангакок спросил: «А ты не можешь оживить его?» – на что каяриак ответил: «Ну да, могу». Он поднял раненого и просто дотронулся до него – и снова вернул его к жизни. Затем они добрались до второго, и отец проделал с ним то же самое. Теперь их стало четверо, и ангакок продолжал: «Может быть, вы сделаете одолжение и вернете к жизни человека, тело которого лежит у вас здесь на каяке?» Остальные ответили: «Это можно сделать, если найти подходящее место, такое, где можно все правильно проделать». Они подплыли к большой льдине и высадились на нее; каяриак соединил отрезанные члены и оживил убитого. Тогда отец сказал: «Что же делать дальше? У него нет каяка. Нельзя ли одолжить у вас один из этих каяков?» – «Ну хорошо, возьмите каяк, но не забудьте сразу же вернуть его; кроме того, когда высадитесь на берег, не позволяйте никому смотреть на него».

После этого ангакок вернулся с сыном к берегу; каяк каяриака оказался так велик, что сын ушел в него до самых подмышек. Добравшись до берега, ангакок крикнул, что никто не должен заглядывать в большой каяк. Но один недоверчивый среди их соседей по стойбищу все же заглянул, и в результате у сына ангакока, который воспользовался этим каяком, отнялись ноги. Недоверчивого тоже отыскали неподалеку мертвым – он до смерти испугался чего-то, что увидел внутри большого каяка. Тем временем ангакок вернул каяк обратно великану, который стоял на льдине и дожидался его. Оба сына его сели в каяки, но отец остался ненадолго на льдине. Сначала он осмотрел внимательно весь горизонт, затем достал небольшую дудку, спрятанную в его каяке, и подул по очереди на все четыре стороны горизонта; только после этого уселся он в свой каяк. Когда ангакок покинул великанов, погода стояла ясная и тихая, но он едва успел отплыть, как поднялись тучи, небо затянулось и внезапно началась сильная буря. Ветер налетал со всех сторон, и ему еле удалось добраться до берега. Однако он неустрашимо греб вперед; и каяк у него был первоклассный, обшитый шкурами, соединенными вдоль. Когда буря утихла и в небе снова засияли звезды, впереди показалась возвышенная земля – он узнал Акилинек, берег напротив его собственного. На него снова обрушилась буря, но затем и она стихла. Он высадился на берег в самой южной точке нашей земли (мыс Фарвель) и в конце концов добрался до своего дома, где семья давно считала его мертвым.

Великая энциклопедия мифов и легенд